Союз поисковых отрядов России

         

Международное сотрудничество.

 

Die Arbeit der Suchdienste - 60 Jahre nach dem Zweiten Weltkrieg.

3.11.2005. Переговоры отв. секретаря СПО России А.Л. Манджоса с руководителем Leiter des Grbernachweises Ref. IV B (идентификационного отдела) Deutsche Dienststelle ( WASt ) Hr. Dnigus  в Берлине по вопросу организации централизованного установления личности немецких солдат, найденных в ходе поисковых работ на территории России и бывшего СССР.

 

    

 

  

Здание архива Deutsche Dienststelle ( WASt )
     
       
Переговоры с представителями Народного союза Германии ( Volksbund ), вручение им памятных гильз- стопок и походных фляжек с водкой от имени Поискового движения России и СПО.
     

    

Трептов-парк, захоронение советских солдат. Берлин.

         

         

     Найденные СПО родственники павших в 1945 году советских солдат, представители немецких организаций, местные бургомистры, 3-й секретарь посольства России в Германии и отв. секретарь СПО А.Л.Манджос на мемориальном мероприятии 4 ноября 2005 года во Флеккен-Цехлине под Берлином.

       

     

         

"РУССКАЯ ГЕРМАНИЯ"

http://www.rg-rb.de/2005/45/b_3.shtml

еженедельная газета

№ 45 2005   Берлин

И, значит, нам нужна одна победа

Только через 60 лет после войны родственники погибших под Берлином советских солдат в местечке Флеккен-Цехлин (Flecken-Zechlin) смогли побывать на их могилах.

         Помните знаменитую песню Булата Окуджавы Здесь птицы не поют из кинофильма Белорусский вокзал? Каждая строчка её может быть отнесена и к этой истории, о которой пойдёт речь. Да, и эти солдаты плечом к плечу врастали в землю тут, и они за ценой не постояли, и они дошли до самых вражеских ворот Только вот не как у Окуджавы, в мирном Флеккен-Цехлине сегодня и птицы поют, и деревья растут на маленьком солдатском кладбище. Их, русских солдат, лежит здесь более пятидесяти человек. И только на некоторых из тринадцати надгробий высечены имена. Красноармейцы В. В. Бык, И. Н. Сопацев, И. А. Бутылкин и ещё с десяток фамилий

        Запоздалая осень укрыла кладбище плотным покрывалом из жухлых листьев, отчего в воздухе стоял какой-то особенный запах. Кладбище не выглядело заброшенным: чьи-то неведомые руки навели здесь настоящий немецкий порядок. На могилу рядового Александра Алексеевича Санько через 60 лет после его гибели приехала из Белоруссии родная сестра Нина Алексеевна Палатинская с сыном Анатолием. Восемнадцатилетний солдат погиб за день до окончания войны. Все эти долгие годы родные не знали, где он похоронен. Где хоть цветы положить. Когда пришло извещение о гибели братика, как Нина Алексеевна его называет, сгорел дом их семьи, и они оказались на улице. Потом типичная послевоенная история не покладая рук работали в колхозе деревни Лиходеи в Белоруссии. В пятидесятом году у Нины Алексеевны появилась своя семья, а потом и пятеро детей. Сейчас у неё десять внуков. И вроде бы всё ничего, но война напоминает о себе. Сашенька, вот сынок мой Анатолий, наконец-то мы с тобой свиделись, сквозь слёзы говорила она, стоя у могилы со свечкой и цветами в руках. Спасибо, добрые люди помогли нам сюда приехать

           Зоя Петровна Хальгина приехала из Подмосковья на могилу брата её бабушки Ивана Яковлевича Семёнова. О нём ей было известно совсем мало: пропал без вести. И вдруг в апреле этого года письмо. Приглашают приехать в Германию! Оказалось, Иван Яковлевич прошёл всю войну сапёром, старшим лейтенантом, а погиб 22 мая при разминировании городка Флеккен-Цехлин. Ему было тогда 23 года. Уже нет в живых и самой бабушки Зои Хальгиной, а люди в их подмосковном посёлке помнят до сих пор молодого Ивана. Когда узнали, что Зоя едет к нему на могилу, да ещё в Германию, многие были просто потрясены.

            Всего семьдесят километров от немецкой столицы на север, и вы на берегу прекрасного озера, с отличной рыбалкой. Правда, места эти до сих пор как будто отмечены войной: в лесах окопы, траншеи, землянки. Кстати, когда-то это было место поселения славян, а ещё совсем недавно территория ГДР. Первым Флеккен-Цехлин открыл для себя Александр Яковлевич Абрамзон. Он возглавляет фирму Фар Диал, поставляющую телекоммуникационное оборудование в Россию. Сейчас сотрудничает с Московским метрополитеном в области борьбы с терроризмом. За Абрамзоном потянулись и другие. Русская колония разрасталась. Но первым нашёл это русское кладбище именно он. И не смог остаться равнодушным. Война прошлась по прародителям Александра Абрамзона самым беспощадным образом. Почти девять тысяч человек, в том числе и его дед, были уничтожены фашистами в концлагере под Винницей. И до сих пор он заботится о том, чтобы память о его погибших близких не исчезла. Старается бывать там, следит, чтобы за еврейским кладбищем ухаживали. Попав на захоронение во Флеккен-Цехлин, меня особенно задело то, что все эти молодые ребята погибли незадолго до дня Победы или сразу после неё. Возникла мысль найти родственников этих воинов и помочь им приехать сюда, в Германию. Ведь для простых россиян это непосильная задача. Вот мы и решили взять всё это на себя визы, билеты, гостиницы. Обратились в архивы, посольства, Союз поисковых отрядов России, отдел воинских захоронений Посольства РФ в Берлине. По нашей инициативе поиски начались на территории России, Украины и Белоруссии. Полтора года серьезной работы, переговоров, переписки, как вы понимаете, для людей, занятых серьёзным бизнесом, дело непростое, рассказывал Александр Абрамзон, когда мы ехали 4 ноября во Флеккен-Цехлин вместе с родственниками погибших. Дело в том, что к реализации этой идеи подключились со временем и другие люди. Мария Хартенштайн, ассистент и переводчик Александра Абрамзона, взяла на себя всю переписку и многочисленные организационные вопросы. Предприниматель Лео Мондрус работу с Посольством РФ в Берлине и прессой. Валерий Бродовский всегда оказывался там, где нужна была помощь. Дмитрий Фельдман, управляющий издательством Русская Германия/Русский Берлин, оказывал серьёзную информационную поддержку.

         Мне показалось символичным, что на могилы наших солдат мы отправились 4 ноября, в день нового российского праздника Дня примирения и согласия. На месте нас ждали немецкие коллеги бургомистр Флеккен-Цехлина Вильфрид Шмидт (Wilfrid Schmidt), представитель союза Volksbund земли Бранденбург Петер Людвиг (Peter Luedwig) и бургомистр соседнего города Райнсберг господин Рихтер (Richter). Из разговора с Андреем Манджосом, ответственным секретарём Союза поисковых отрядов России, удалось узнать интересные факты. Проведя работу в архивах, сотрудники его организации установили, что на этом кусочке немецкой земли покоятся пятьдесят пять советских воинов. Идентифицировать их личности было очень трудно. Русские солдаты, как правило, старались не носить смертные медальоны с именем. Считалось, что это плохая примета. Немцы же, напротив, обязательно имели похоронные жетоны с точными данными конкретного человека. Мы с огромным вниманием отнеслись к частной инициативе Александра Абрамзона и его друзей, которые сегодня живут на территории Германии. Надо сказать, что Флеккен-Цехлин оказался в самом конце войны тем местом, где смешались две наши армии, окружавшие Берлин. Маршалу Жукову даже пришлось предпринять специальные меры по наведению порядка. Нам пришлось изучить боевые сводки каждого дня, чтобы соотнести их с данными архивов. Точно выяснить личности бойцов в таких сложных условиях большая удача, рассказал Андрей Манджос, специально приехавший из Москвы на эту акцию.

       Официальная церемония (на снимке ее участники) на мемориальном кладбище была на самом деле очень неофициальной, тёплой и сердечной. У центрального обелиска всё росла и росла гора цветов. Огромный букет от российского Посольства в Берлине возложил третий секретарь Константин Иванов. В том, как содержится этот мемориал, в отношении местных властей к проблеме поиска россиянами своих погибших родственников, дипломат справедливо увидел успешное развитие процесса примирения двух народов. Населению нашего города не безразлично, кто отдал свои жизни в борьбе с фашизмом и теперь покоится здесь. После выхода подразделений ЗГВ с территории Германии в 1994 году это кладбище осталось на нашем попечении. Жители Флеккен-Цехлина не забывают павших. Каждый год в день скорби (в этот день в Германии поминают умерших) мужской хор из жителей и ветеранов войны устраивает небольшой концерт в память о советских солдатах, сказал бургомистр Флеккен-Цехлина Вильфрид Шмидт (Wilfrid Schmidt).

        И почтальон сойдёт с ума, разыскивая нас, пел Булат Окуджава. Жизнь, к счастью, внесла свои поправки в эти строчки поэта. Александра Санько и Ивана Семёнова разыскали люди, не знавшие войны. Взяв под руку семидесятичетырёхлетнюю Нину Алексеевну, Петер Людвиг из Союза Volksbund проникновенно, по-русски, выражал своё искреннее сочувствие её горю. А она обняла его и так они долго шли до машины. В маленьком деревенском ресторанчике после окончания церемонии подавали дичь и рыбу, которая водится в этих местах. А большой каравай чёрного хлеба из Белоруссии привезла с собой семья Палатинских. Его нарезали и подали на стол. Первую рюмку водки выпили не чокаясь, как полагается. Тётя Нина, ну давай, скажи, что ты хотела, обратился Александр Амбрамзон к Нине Алексеевне Палатинской. Желаю этой стране, чтобы всегда здесь был хлеб на столе, жизнь и мирное небо, заплакав, произнесла Нина Алексеевна.

 Мария Ермонская

         

Кладбище павших в 1945 году советских воинов в местечке Флеккен-Цехлин под Берлином.

 

назад